Андрей Десницкий
Библия между атеизмом и фундаментализмом
проект курса лекций
Этот курс призван познакомить наших современников с основными проблемами современной библеистики. Он отталкивается от двух крайностей: безоговорочного принятия буквального смысла (фундаментализм) и безоговорочного отвержения самого текста (атеизм). Каким может быть средний путь, который заведомо не отрицает ни научного знания, ни личной веры и церковной традиции? В чем они противоречат друг другу, а в чем могут согласиться? Как вообще может воспринимать современный человек этот текст, написанный тысячелетия назад и ставший  основой иудео-христианской культуры?
Курс рассчитан на 10 лекций, но может быть прочитан частично (сокращен), поскольку они достаточно самостоятельны. Темы лекций отобраны по проблемному принципу и выстроены попарно: в каждой нечетной лекции дается обзор некоторой дискуссии, а следующая четная предлагает заглянуть немного дальше и построить собственное видение текста, отталкиваясь от итогов дискуссии.
Курс может быть прочитан на русском или английском языке.
1.	Кто это написал? Авторство и авторитет.
Много говорится в последнее время о «подложности» новозаветных книг: многие из них не были написаны теми людьми, с именами которых они традиционно связывались. С Ветхим Заветом еще сложнее, потому что авторство многих книг просто неизвестно. Но откуда берут эти книги свой авторитет? Явно не от авторства, т.к. Лука или Марк явно не были для апостолов самыми видными фигурами. Кроме того, сами представления об авторстве в древности отличались от нынешних. Итак, что мы знаем и что в принципе можем узнать об авторстве библейских книг? И что означает для нас утверждение, что Павел не писал послание к Евреям, а книга Исайи явно имела больше одного автора?
2.	Кто это прочитал? Канон и традиция.
Собственно, кто сказал, что Библия – это собрание именно этих книг и именно в этом порядке? Их было написано намного больше, и некоторые носили куда более авторитетные имена. Что означает понятие «библейский канон», и почему он оказывается неодинаковым в разных конфессиях? Далее, как канон соотносится с тем, что в него не входит, прежде всего с авторитетными и нормативными комментариями? А что делать, если эти комментарии выглядят сегодня неточными, неполными, устаревшими?
3.	Откуда этот мир? Креация и эволюция.
Наверное, ни одна другая тема не вызывает больше споров между верующими и учеными, чем вопрос о происхождении нашего мира: он был сразу сотворен в готовом виде или возник в течение миллиардов лет в ходе эволюции? Действительно ли две этих точки зрения полностью противоположны друг другу? А что делать тем, кто не может закрыть глаза на естественнонаучные данные, но и от личной веры отказываться не спешит? И где проходит граница между сферами компетенции веры и науки в данном случае?
4.	Откуда эта вера? Эволюционность и религиозность.
Принцип эволюции иногда применяется и к истории идей: они тоже не даются обычно в готовом виде, а возникают постепенно, в ходе сложного развития со множеством разнообразных вариантов, из которых  лишь некоторые «дают потомство». Этому подходу противостоит представление, что религия дается сразу в готовом и неизменном виде на все времена. Изменение традиционных религий в наше время – это эволюция или деградация? Шло ли оно всегда, или это событие новейшего времени? Отражает ли Библия такое развитие?
5.	Что это было? Текст и археология.
Текст рассказывает историю, археолог находит артефакты. История предельно субъективна, артефакт – наоборот, но он безмолвен (кроме редких случаев, когда на нем есть надпись). Как сочетать одно с другим? Что из библейских повествований вообще может и что не может быть подтверждено археологическими методами? И если подтверждения нет – означает ли это, что не было и самого события?
6.	Как это было? Миф и история.
Библия говорит языком мифа, наука старается говорить языком факта. Но когда мы говорим о древности, фактов не хватает, приходиться оперировать реконструкциями, которые восстанавливают картину лишь с некоторой степенью вероятности. Можно ли, нужно ли «демифологизировать» библейское повествование? И можно ли, нужно ли делать его основой исторического повествования, претендующего на объективность? Как вообще соотносятся миф и история даже в наше время и что это открывает нам относительно Библии?
7.	Как об этом говорится? Метафора и символ.
Если язык Библии мифологичен и поэтичен, он насыщен метафорами и символами. О том, что именно считать метафорой, велись горячие споры. «Я – виноградная лоза», несомненно, метафора. А «сие есть тело Мое?» Во время Реформации это был один из ключевых вопросов, разделивших протестантов с католиками. Но сегодня когнитивный подход к метафорам уходит от противопоставления буквализма и символизма, метафора понимается как способ познания и описания окружающего мира. Что добавляет этот подход к нашему прочтению библейских текстов?
8.	Как это понимается? Библеистика и идеология.
Если Библия остается актуальной с древнейших времен и по сей день, это значит, что ее прочтение никогда не было и не бывает объективным и идеологически нейтральным. Всматриваясь в этот текст, каждый читатель находит в нем обычно именно то, что хочет увидеть. В постмодернистскую эру мы уходим от «единственно верного понимания» и «полной объективности», к которым так стремилась библеистика полтора-два века назад, но к чему мы приходим сегодня – неужели к полной произвольности толкования, которая не оставляет общего пространства для диалога?
9.	Что это за книга? Историчность и богодухновенность.
Библия – Священное Писание для одних и памятник истории и культуры для других. Вопрос о природе библейского Откровения со времен Реформации остается одним из самых горячих в христианской среде, вопрос о ее историчности – в среде светских исследователей этого текста. Но ведь и Откровение понимается христианами прежде всего как некий замысел Божий, раскрывающийся в истории человечества и вне этой истории непредставимый. Библия, таким образом, оказывается не просто текстом-носителем священной истории, но текстом, который порожден это самой историей и активно действует в ней. Что это значит для современного человека, в том числе и нерелигиозного?
10.	Зачем эта книга? Библия и культура.
Сказать, что Библия стала одной из важнейших основ для средиземноморской, или иудео-христианской, или западной цивилизации, к которой так или иначе принадлежит и Россия – значит произнести банальность. Но как это работает? Библия – не просто кладезь образов, сюжетов и идей, но и активный участник этой самой истории. Например, почему многие английские историки считают, что революция в Англии стала возможна лишь после того, как разошелся большим тиражом английский перевод Библии? И почему в России полный перевод на русский язык появился всего за полвека до совсем другой революции – и мог ли бы он ее предотвратить, если бы был выполнен раньше?